Как сделать секту из чего угодно

Я понял, кажется, очень простую вещь – нет такой благородной идеи, лежащей в основе организации, которая гарантировала бы чистоту ее мотивов. Например — Организация по Предотвращению Семейного Насилия. Это вымышленная организация, и я мог бы ее назвать ее по-другому — но я выбрал это название потому, что никому и в голову не придет, что это может быть секта с деструктивными методами влияния на участников.
Собрав людей и провозгласив борьбу с семейным насилием целью группы, я могу постепенно превратить собранную группу в секту — используя принципы Лифтона.

1. Я говорю участникам, что для понимания причин насилия необходимо разобраться, что происходит с людьми. Я объясняю, что для этого необходимо обсуждать ситуации насилия и выработать бескомпромиссное отношение к этой проблеме, распознать насильника в себе, и дальше строить и совершенствовать новую личность. Распознать насильника в себе сложно, поэтому личностные барьеры в виде стеснения, страхов и нежелания обсуждать личную жизнь должны быть отброшены. Успешное устранение барьеров приведет к пониманию себя, других людей и прогрессу в достижении групповой цели.
Полученной в групповых обсуждениях информацией я смогу пользоваться в дальнейшем для воздействия на людей, напоминая им об их неполноценности, несовершенстве или недостаточном прогрессе.
Таким образом, я создаю атмосферу, описанную Лифтоном:
«Разрушение границ личности, предписывающее делиться и признаваться в любой мысли, чувстве или действии, которые можно заподозрить в несоответствии групповым правилам. Полученная при этом информация не прощается и не забывается, а используется в целях контроля.»

2. Я говорю группе, что наиболее легкий способ распознать происходящее в нас — это «помогать друг другу» и начинать разбирать в открытой групповой обстановке все возникающие проблемы или случаи из личной жизни. Чем больше группового общения, в одобренном авторитетом направлении, тем больше шансов на возникновение группового конформизма и на проникновение в сознание человека групповых представлений. Поддерживая мнение одних и отвергая мнение других, я устанавливаю иерархию более продвинутых учеников. В зависимости от успехов или ошибок участников я смогу составлять о них мнения, которые тоже буду обсуждать публично и буду это делать в довольно резкой форме. Так выработается эмоциональная зависимость от меня, как от единственного человека, в руках которого находится самооценка участников. Чтобы зависимость усилить я буду это мнение довольно часто и непредсказуемо менять, и таким образом лишу надежды человека на возможность формирования собственной устойчивой самооценки.

3. Затем я рассказываю о стандарте, к которому ученики должны стремиться, чтобы оправдать звание людей, борющихся с насилием — и  устанавливаю недостижимые стандарты поведения. Установлением недостигаемых стандартов я провоцирую в людях чувство неполноценности, вины, стыда и собственной ничтожности, и нередко напоминаю им о том, что такими темпами желаемых изменений невозможно достигнуть. Таким образом я могу легко манипулировать чувствами вины, стыда и неполноценности, а значит и самими людьми.

4. Затем я ввожу в принятое групповое общение психологические термины, являющееся новыми для собранных людей. Употребление емких психологических терминов и возможность общаться на новом групповом языке даст участникам возможность ощутить себя более значимыми по сравнению с обычными людьми и укрепит чувство элитарности в группе. Введение нового языка приведет одновременно к тому, что участники начнут воспринимать себя как дети, которым многому приедстоит научиться. Кто их научит, как не человек, который этот язык ввел. Введением нового языка достигаются три цели:

  • вызывание в людях состояния интеллектуальной беспомощности
  • усиление роли лидера как основного эксперта в вопросах того, что многими считается «Путем» или «новой Истиной».
  • придание обучаемому статуса научности, подкрепляемого свидетельствами из книжек

Получив в глазах последователей статус научности, доктрина и предложивший ее лидер становятся непогрешимыми в глазах участников. В результате образуется убежденность, что «доктрина выше отдельного человека». При такой уверенности любые сомнения в мотивациях лидера будут подавляться и коллективно осуждаться, и групповой конформизм станет одобряемой нормой поведения. Как только мне удается создать иллюзию непогрешимости, я могу требовать жертв от участников группы – как финансовых, так и личных.

5. Поощряя учеников, я внедряю им в голову мысль, что они находятся в авангарде психологического развития человечества и являются носителями именно тех идей, которые в будущем станут основой для психологического и морального развития людей. Я усиливаю их уверенность в том, что мы соль земли и зерна, из которых вырастет новое поколение более совершенных людей. Возможно, нас будут благодарить потом как самых первых новаторов, стоящих у истоков.
Я также напоминаю, что именно для соответствия этим стандартам я и предъявляю завышенные требования, и таким образом даю понять, что невыполнимые требования — это проявление любви и понимания роли участников группы в развитии человечества.
Так как мне удалось убедить людей в том, что мы – авангард эволюционного развития, то мне удается убедить их и в другом – вне группы невозможны ни прогресс, ни персональное развитие, так как ни одна группа больше не предоставляет подобного шанса. Так я порождаю фобию, что уход из группы будет равнозначен духовной смерти. И этим создаю сильную психологическую привязанность к членству в коллективе.

6. Я также говорю людям, что если мы являемся моральным и психологическим авангардом, то наше существование, как носителей этого знания, неизмеримо более важно, чем жизнь других людей. И поэтому, решая вопрос о том, кому следует выживать, я однозначно выберу нас. Я также порождаю чувство превосходства в участниках моей группы, объясняя, что наша жизнь неизмеримо более ценна, и таким образом усиливаю эмоциональную зависимость, как от группы, так и от себя, ее лидера. Я одновременно порождаю представление о группе как об элитарной и уникальной, и даю людям повод «обоснованно» испытывать превосходство ко всем, кто в группе не состоит.

7. Я начинаю требовать «честности и чистоты» — давя на то, что согласие с принципами доктрины предполагает также воплощение их в жизнь, и таким образом подвожу людей к мысли, что даже вне групповых занятий, например, дома, они должны практиковать обсуждаемое. Таким образом, я устанавливаю контроль над их средой и временем. Я могу даже убедить их в том, что совместное проживание необходимо для практикования доктрины, и могу попросить купить ранчо или другой вид поселения для совместного проживания.  Допуск на совместное проживание может быть дополнительным рычагом влияния на людей – в обществе, построенном на иерархическом восприятии отношений и на ощущении собственной элитарности, возможность жить в близком кругу вместе с лидером, будет особенно цениться.

8. Параллельно с этим группа может совершать много общественно полезных дел – проводить консультации с семьями, участвовать в телепрограммах и психологических конференциях по вопросу устранения насилия в семьях, привлекать к своей деятельности известных профессоров и может быть даже писателей и актеров. Одно другому совершенно не мешает – образование атмосферы, в которой люди становятся сектантами, и деятельности, которая вызывает положительное отношение общества к целям группы.

Реклама
Categories: Механизмы эмоциональной зависимости, Сектантство | Оставьте комментарий

Навигация по записям

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

Блог на WordPress.com.

%d такие блоггеры, как: